«Одинокий узник, лишенный книг, имея одно лишь Таро, которым он умел бы пользоваться, в течение нескольких лет мог бы достигнуть Вселенского Ведения, мог бы говорить обо всякой проблеме с несравненной эрудицией и с неиссякаемым красноречием. Этот путь, вообще говоря, есть истинный ключ ораторского искусства и Великого Делания, как его засвидетельствовал Раймонд Луллий; это есть истинная тайна претворения мрака в свет, первый и самый необходимый из всех Арканов Великого Делания»[161] .
Следуя этому пути, человек постепенно постигает своим духом Откровения Вечной Истины, и по мере того как Бессмертные Символы оживают пред его восхищенным умственным взором, они оживляют его самого, очищают его душу, преобразуют все его существо и дают свободу бессмертной искре Божества, тлеющей в нем, приобщиться к величавому и грандиозному покою – к Царственной Жизни Мироздания.
III. О метафизическом пространстве и геометрических методах исследования
Человеческое мышление есть чередование представлений и умозаключений, – чередование последовательное и притом непрерывное. В силу этого,во всяком рассудочном постижении всегда наличествует элемент движения, а следовательно, и понятие о времени . Это последнее хотя и может иметь переменный масштаб, в каждом частном случае автоматически определяемый и устанавливаемый степенью развития данного человека, спецификой объекта его мышления и уровнем сложности этого объекта, но все же само понятие о времени неизменно долженствует входить во всякий умозаключающий процесс.
Алгебраический метод исследования, т. е. переход от решения данного частного вопроса к общему анализу всех ему подобных, может, естественно, применяться не только в сфере чисто математических проблем, но и вообще при всяком исследовании, каков бы ни был его характер. В качестве впечатляющего примера можно сослаться на исследования одного из величайших математиков XIX века – Гоёне Вронского, которые среди попыток приложения математики к решению отвлеченных философских проблем стоят на первом месте и которые, несмотря на представляемый ими глубочайший интерес, остались неизвестными не только широкому кругу читателей, но даже и большинству специалистов[162] .
Уже на заре культуры человек, благодаря вложенной в саму его сущность наклонности к синтезу и обобщению, при решении обыденных житейских вопросов пришел к созданию юридического права, которое по отношению к жизни находится в положении, аналогичном отношению алгебры к арифметике. Переход от конкретных частностей к постулируемым обобщениям всецело зависит от личности обобщающего, а потому, вполне естественно, общие постулаты и решения всецело находятся в области относительного. Между тем человеческое мышление базируется на ряде основных форм умозаключений, которые, всегда и неизменно, лежат в основе всякого течения мыслей. Эти основные формы мышления и представляют собой те соотношения, которые и должны быть прежде всего точно определены, вполне сознательно выявлены и подвергнуты тщательному анализу. К глубокому сожалению, европейская психология почти совершенно не занималась исследованием вопроса об элементарных формах мышления, которые, естественно, не могут не лежать в основе всякой истинной теории познания. Со своей стороны, позитивная философия увлеклась почти исключительно критикой разума, т. е. определением характера его природы, границ его власти и ценности умозаключений. Между тем, какова бы ни была ценность разума с абсолютной точки зрения, сам он, как часть природы, является также «вещью в себе» и тем самым подлежит вполне определенным законам, которые не только управляют его эволюцией, но и обрисовывают среди феноменальных внешних окрасок внутреннее вполне определенное же ноуменальное ядро. Разум рождается из чистого духа чрез утверждение некоторых первичных метафизических соотношений: бинера, тернера, кватернера и т. д. Вся дальнейшая его эволюция состоит исключительно в том, что он постепенно, чрез обобщение сложных групп представлений в единицы более высокого порядка, начинает оперировать все более сложными элементами.