«И Ангел мне сказал: иди, оставь их грады,
В пустыню скройся ты, чтоб там огонь лампады,
Тебе поверенной, до срока уберечь,
Дабы когда тщету сует они познают,
Возжаждут Истины и Света пожелают,
Им было б чем свои светильники возжечь!»[614]
Человек не может одновременно жить грубыми формами и тончайшими чувствованиями, ибо, приспособив свое существо к восприятию одних вибраций, он тем самым теряет способность воспринимать другие . Правда, человек может одновременно содержать в душе своей самые разноречивые идеалы, самые многоразличные стремления, но все эти отдельные тональности души его, имея различные индивидуальности, должны быть всегда примерно одного и того же уровня развития.Чрезвычайно высоко развитый человек, одновременно способный как на беззаветнейшие подвиги, так и на жесточайшие злодеяния, всегда будет одинаково велик, как в том, так и в другом . Такой человек никогда не способен хоть на мгновение быть скоточеловеком, его дух и его развитие всегда и неизменно будут сказываться во всем, за что бы он ни взялся. Возвысившись над общим уровнем толпы, человек начинает тяготиться ею и всем существом своим трепетно жаждать уйти от нее туда, где условия жизни соответствуют его стремлениям. Все виды эмиграции, скитальчества, наклонности к странствованию, наконец, монашество, и зиждутся именно на этом стремлении человека. Если человеку даны большие силы, дана способность жить среди любых условий, какие бы они ни были, он может оставаться и среди людей, где он родился, ибо все равно, куда бы он ни пошел, повсюду его ждет одно лишь одиночество.
«О царь времен, все радости и горести в нас самих, и их источает собственное наше сердце. Но часто созерцание вещей внешнего мира может воздействовать на наше настроение»[615] .
Когда человек переходит из одного состояния в другое, всегда между этими двумя состояниями существует некотораямертвая точка ; в это время на мгновение человек окончательно теряет связь со всем, что было близко ему до той поры, но не приобретает еще связи с новым. Когда в человеке появляются первые проблески духовного сознания, он как бы теряется, и именно в это время одиночество и его тяжесть достигают кульминации. Если человек не сумеет пройти эту точку, он как бы замирает в ней, и жизнь его становится пустой и безнадежной. Огромное большинство людей после проблесков сознания и останавливаются именно в этой точке. Отдельные люди идут дальше, они не упускают из виду те случаи в их жизни, которые впервые заставили их задуматься, они начинают их анализировать, у них появляются отдельные вопросы, каждому из которых находится то или иное решение, и так постепенно перед этими людьми раскрывается путь, – вернее, они сами его создают. Следуя по нему, они понемногу устанавливают с раскрывшимся пред ними новым миром тесные связи, и, в строгой гармонии с этим, у них возобновляются связи и с прошлым, но уже столь глубокие и прочные, что для них не страшны никакие потрясения. Человек, вдумчиво и прозорливо относящийся к событиям своей жизни, всегда имеет возможность предвосхитить всякий долженствующий совершиться с ним переворот.Именно из хаоса смен и трансформаций всего, что он зрит вокруг себя, человек приходит к ощущению зиждущего его самого его же собственного высшего начала . Вдумываясь в свою жизнь и анализируя ее детали, человек неизменно приходит в конце концов к ясному сознанию ее разумности и через это к признанию совершенства живущего в нем начала. Так постепенно, с развитием одиночества на физическом плане, человек начинает ощущать сначала своюиндивидуальность , затемприсутствие высшего начала в своем существе и, наконец, егоразумность и совершенство , и через это постигает наконец великое благо –иметь опору в самом себе .III. О самосознании в астрале