«Там, в этом священном лесу, сидя у подножья Пипалла[1021] , я направил мой дух к Этой Душе, проникшей в мою собственную душу, как только я почувствовал, что это свершилось. И по мере того, как я воспарял к Лотосу у ног Ари, Дух был побежден этой силой воспарения, глаза увлажнились слезами желания, и я почувствовал, как Это Божественное Существо стало постепенно нисходить в мое сердце»[1022] .
Для человека, познающего интуицией, авторитет того высшего начала, которое эту интуицию осуществляет, стоит на недосягаемой высоте. На пути веков история равно показывает, что люди, которых коснулось веяние внутреннего Божественного Гения, всегда и неизменно верили в то, что они открывали другим. Гениальность и вера, откровение и непреложность против напора сомнений всегда и неизменно были неразрывно связаны друг с другом. Когда человек в чем-либо твердо убежден, он тем самым излагает свое знание с убеждением; в свои слова и в свои творения он вкладывает искры своего духа и веры в сообщаемое им знание; эти искры зажигают в сердцах людей ответный отблеск и, приобщая к знанию, приобщают и к вере в него. Интуитивное откровение и вера в него непреложная никогда не ограничивались одним пылающим сердцем, они всегда широко распространялись и создавали круг людей, веривших столь же свято, как и первый избранник.Всякое откровение, всякая интуиция всегда создают школу, и только они одни . В них есть жизнь, в них есть нечто неуловимое, что исполняет все формы их великой силой духа, – и наоборот, самые хитроумные хитросплетения сухого разума всегда оставались лежать втуне, и фолианты, их вмещавшие, одиноко желтели и пылились, забытые Богом и людьми.
«– Не книги дают эти великие знания; необходимо их черпать в самом себе глубоким погружением в свой дух и искать священный огонь в его собственном источнике… Вот почему я ничего не писал об этих открытиях и никогда о них впредь говорить не буду. Всякий человек, кто примется за эту работу, чтобы обнародовать эти знания, будет работать всуе, и все результаты, им достигнутые, будут лишь в том, что, исключая небольшое число людей, которым Бог дал достаточно разума для того, чтобы видеть самим эти Небесные Истины, он внушит одним людям к ним презрение, а других исполнит тщеславной и дерзкой самонадеянностью, как если бы они знали эти чудесные вещи, которых, однако, они не знают~»[1023] .
Эта великая сила придавала облику избранника, постигшего ведение, неизъяснимое обаяние. Такой гений всегда возбуждал самые сильные чувства, будь то любовь бесконечная или свирепая злоба. Но ему до этого было мало дела; знание Истины и твердая вера в Нее всегда выливались в полную, непреклонную убежденность в необходимость и глубокую ценность исполняемой им миссии, а потому несмотря ни на что он спокойно провозглашал свое учение с полным сознанием его цели и достоинства. Достоверность Истины, которая черпается интуитивным познанием, обуславливает и другое Ее свойство.