«При свете разума можно сказать многое о началах, которые выше разума; но их интуиция лучше дает при отсутствии, чем при посредстве мысли. С этими идеями бывает то же, что и с идеей о сне, о которой до известной степени можно говорить в состоянии бодрствования, но которую вполне познать и постигнуть можно лишь при посредстве сна. В самом деле, подобное познается лишь через подобное; необходимым условием всякого познания является то, чтобы субъект был подобен объекту»[1010] .
«В состоянии духовной интуиции разум видит непознаваемые предметы при посредстве света, который на них проливает Первоединый, и, видя эти предметы, он реально видит Непознаваемый Свет. Но так как разум сосредотачивает все свое внимание на освещенных предметах, он неясно видит Начало, их озаряющее; если же, наоборот, он забывает видимые предметы, чтобы созерцать лучи, делающие их видимыми,он прозревает самый свет и Начало света . Но разум созерцает Непознаваемый Свет не вовне себя; он уподобляется глазу, который, не восприняв никакого внешнего и чуждого света, даже не заметив его, внезапно поражается ему одному свойственным лучом, который исходит из него и является ему среди мрака; то же происходит, когда глаз, не желая видеть другие предметы, смежает свои веки и свет свой извлекает из себя самого, или под давлением ладони видит свет, живущий в нем самом. Тогда, не видя внешнего, он все-таки видит, он даже видит больше, чем во всякое другое время, ибо он видит свет. Другие предметы, которые он созерцал раньше, хотя и освещенные, не были однако самим светом. Равным образом, когда разум будто закрывает глаза на внешние предметы и, сосредоточась на себе самом, ничего не видит, он не видит лишь чуждого света, горящего на чуждых формах, но он видит свой собственный свет, который вдруг загорается внутри чистейшим сиянием. Нужно, чтобы душа, изучающая Бога и ищущая постигнуть Его, образовала о Нем какую-либо идею; еще необходимо, чтобы она погрузилась в глубины Божества, зная, как Велико То, с Чем она хочет соединиться, и, убежденная, она в этом единении обретает блаженство до тех пор, пока вместо того, чтобы созерцать себя или Непознаваемый Мир, сама она не сделается предметом созерцания и не загорится блеском Первых Идей, Источник которых над нами»[1011] .
Познание в разуме и познание интуицией равноправны; как то, так и другое не дается даром, а является результатом работы и напряжения сознания. Различие лишь в технике познания: при познании в разуме человек должен сделать силой своей воли ряд построений по перемещению плоскости сознания; при познании с помощью интуиции эта плоскость сознания только перестраивается, как бы видоизменяется без перемещения силою той же самой воли. Вообще же говоря, эти два вида познания обыкновенно переплетены между собой, и при всяком познании в разуме человек пользуется интуицией, а при познании силой интуиции он завершает его в разуме. Чем выше человек, тем более способен он познавать интуицией; более того, само его развитие состоит прежде всего в том, что он преобразует метод своего познания, все более и более пользуясь интуицией.